Глава 23

В принципе со сном все обстоит достаточно просто и понятно. Сон необходим нашему Телу. Но вот наша Душа во сне остается, в определенном смысле, несколько не у дел

Если в течение дня, Душа была всецело увлечена своим Телом, точнее теми благами, которые это Тело предоставляло ей своими техническими возможностями, то ночью эти возможности засыпают. А Душе, как таковой, сон не требуется. Вот она и окунается в сновидения.

Сновидения удел Души, пока ее Тело «спит для ее же блага». И она отрывается во сне в прямом и переносном смысле этого слова.

Но отрывается не полностью. Существует серьезная преграда. Душа очень боится потерять свое Тело, и даже если она и улетает в ближайший к нам астрал, то, как заигравшаяся собака, постоянно оглядывается, чтобы не потерять из виду своего хозяина. Если Душа в своем сновидении умирает, то рискует не вернуться обратно в свое Тело. В этот момент она всегда тормошит свое Тело, и мы просыпаемся в холодном поту.

Поэтому Душа и тусуется в сновидениях всегда рядышком со своим Телом. Наши сновидения находятся, как бы на нейтральной полосе между астральным миром в классическом понимании этого слова, и материальным миром. В связи с этим, сновидения для нас всегда будут непонятными, загадочными и труднообъяснимыми.

Сколько бы мы не пытались систематизировать наши сновидения, дать им какое-нибудь объяснение, толкование, это будет достаточно неблагодарное занятие.

Если и можно вытянуть что-то полезное из сна, то только из своего собственного, при условии, что ты пытаешься разобраться в этом лично.

Ни один эксперт не сможет нам в этом помочь, ибо невозможно загрузить ему собственную базу данных в том объеме, в котором она требуется для добросовестного анализа. Даже в самой благоприятной ситуации, толкование выйдет весьма неоднозначное - многовариантное.

Например, все, о чем я пишу, по сути, является попыткой выудить из сна какое-то знание. Я его озвучиваю, как некую информацию сомнительного происхождения, которая ни имеет никакой научной подосновы. Это странное системное сновидение, преследует меня уже лет 20-25. То очень ясно и отчетливо, то смутно и расплывчато, до тех пор, пока не удастся настроиться на нужную волну. В это время я точно знаю, что не сплю, но все же отношу это состояние к сновидению, хотя очень нетипичному.

Обычные сны быстро забываются. Они словно растворяются в окружающем тебя пространстве безо всякого следа. Забываются потому, что все, что в них есть – порождение другой реальности. И эта другая реальность просто не соответствует привычному для нас алгоритму восприятия окружающего мира. Поэтому они и не держатся в голове.

В нашем мире для этого не существует инструментов. Образно представьте себе, что во сне мы воспринимаем сигнал в формате PAL с частотой 50 кадров, а в реальной жизни - в NTSC, со скоростью 60 кадров в секунду. Душа воспринимает PAL, а Тело – NTSC, и никакой мультисистемности тут не допускается.

Каждый человек может отметить среди своих сновидений те, которые достаточно хорошо фиксируются в памяти на всю жизнь. Приведу ряд своих примеров.

В детстве, в возрасте 4-7 лет мне часто снился сон, где я оказывался в совершенно незнакомом для себя окружении. Пустынный ландшафт в песочно-оранжевых тонах со всех сторон окруженный отвесными скалистыми стенами. Словно дно огромного кратера. Меня влечет добраться до этих стен, чтобы выбраться из кратера. В последующих снах я все больше и больше осваиваюсь в этой уже знакомой обстановке и пытаюсь карабкаться вверх. Очень плотный песчаник осыпается. Нужно делать в нем отверстия, чтобы удержаться и ползти вверх очень медленно. Я срываюсь, но ничего не выходит, и вдруг я узнаю, что легко могу лететь. Преодолеваю обрыв. Но там снаружи, нет ничего особо интересного, и этот сон мне перестает сниться.

В том возрасте, мне точно не приходилось сталкиваться ни с чем подобным, чтобы, хотя бы отдаленно, чтобы стимулировать подобные ассоциации. Не исключено, что причиной такого сновидения могли быть фантомы воспоминаний какой-нибудь прежней жизни. Скорее некий собирательный образ из другой реальности.

Умение летать имело место во многих моих детских повторяющихся сновидениях. Хотя у меня до этого не было опыта полета, даже в смысле схожих ощущений: плавания под водой, ощущения динамических перегрузок на виражах и прочих практик, которые можно было бы условно притянуть в качестве прототипа этого умения.

Я всегда знал во сне, что я - это я, и никто другой! Что окружающий меня в моем сновидении мир немного отличается от того, чем он был вчера, до того, как я заснул. В моем сновидении даже деревья выглядят иначе. Земля внизу очень интересная (хотя я до этого на самолете не летал и выше 5 этажа не поднимался), все видно, и ракурсы совершенно иные, и при этом не непривычные. Откуда все эти визуализации могли формироваться с такой детализацией? А летать казалось очень естественно и просто, хотя это тоже требовало от тебя определенных усилий. Это был не моторчик или руки-крылья, а какой-то секрет, который нельзя потерять, иначе упадешь и разобьешься.

Примечательно в таких сновидениях то, что ты оказываешься в той обстановке, где никогда раньше не был. Незнакомые предметы не кажутся тебе ни удивительными, ни непривычными. А ты можешь и умеешь делать то, о чем раньше не подозревал. Лишь спустя годы, ты находишь этим образам и ощущениям некоторые аналогии, примеры и прототипы из нового приобретенного опыта реальной жизни.

В более зрелом возрасте я долгое время во сне жил как бы по соседству. Окна выходили на Садовое кольцо, напротив Патриарших прудов (образно очень похоже, хотя место совершенно другое). Моя квартира находилась на последнем этаже с выходами сразу в два подъезда. В середине был огромный зал, а по бокам комнаты. Я всегда попадал в это Сновидение, чтобы заняться исключительно обустройством этого жилья. Находясь там, я отчетливо помнил свою основную реальность, кто мои родственники, друзья, знакомые. Если нужно было с ними связаться, я вспоминал, что они сейчас как бы в другой жизни, и это меня ничуть не удивляло. Просто завтра окажусь там и обязательно с ними созвонюсь. Когда я что-то мастерил в той квартире, то события в обеих реальностях смешивались, и трудно было идентифицировать свое реальное место нахождения. Меня не смущало то, что под окнами в разных мирах ездили непохожие машины, в сновидении они были словно из 50-х годов. В той реальности у меня был самолет, похожий на грузовой Боинг (или ИЛ76ТД), который я держал в отдельной (!) комнате. Я летал на нем в Антарктиду(!). У меня там были какие-то дела. Во время полета трудно было понять, как я управляю этим самолетом, по сложности это напоминало толкать тележку в супермаркете. И я все время недоумевал, почему в моем реальном мире существуют аэропорты, взлетно-посадочные полосы, зачем нужны все эти лишние элементы? Засуньте самолет в соседнюю комнату, вытаскивайте, как из кармана и летайте когда и куда захотите! Все время думал - когда окажусь там, в основной реальности, нужно будет не забыть рассказать, как у нас тут все запросто, разумно и удобно.

Поразительно, насколько осязаемы были обе эти реальности. Если мне вдруг хотелось пить, а в сновидении воды под рукой не было, я просыпался, и шел на свою настоящую кухню, наливал воду, пил и возвращался обратно в сновидение доделывать дела. Естественно, проснувшись, я уже через 10 минут отчетливо различал, где был сон, а где явь. Астральная реальность выветривалась из головы. И все же – образ этой другой реальности сумел прочно отпечататься в моем сознании.

Лично мне не доводилось увидеть конкретное будущее или прошлое во сне. Хотя приходилось видеть другую Москву. Я узнавал там знакомые места, смоленскую набережную, видел реку, мосты. Дороги там были другие, и почему-то без машин. Перемещался я над этой Москвой на уровне высотки МИДа. Я не летал над городом, а пользовался каким-то очень удобным способом передвижения. Похожим на канатную дорогу, но без тросов, хотя всегда рефлекторно прикреплялся к какой-то понятной невидимой несущей основе, словно ступал на движущийся эскалатор в метро. Этой персональной транспортной системой можно было управлять - разгоняться, или лететь тише. Ты никому не мешаешь, и тебе никто не мешает. Очень непривычный облик города. Фантастический. Знакомый и в то же время – другой. Все реально, осязаемо. Что это, фрагмент из будущего, но тогда какой из его вариантов?

Или еще. Снилось часто в середине 90-х. Я на каком-то, явно не из того времени джипе, я еду разбитыми полу-проселками на юге Подмосковья. Места знакомые, но уточнять не буду. Колосится рожь, похоже - август. День жаркий солнечный. Еду, чтобы кому-то помочь. Кругом на горизонте возникают грибы ядерных взрывов. Завораживающие и очень красивые. По радио сообщили, что это последние, и враг уже уничтожен. Город цел и невредим. Кроме машины, все в том сновидении было примерно из того времени. Сейчас – понастроили коттеджей и местность уже не узнать. Ясно, что данное сновидение возникло, как просчитываемый Душой (в тестовом режиме «интуиции») возможный вариант развития событий, вызванный жарой, переутомлением и влиянием пропаганды СМИ. Ну, никак не вещий сон! Типичное отражение текущей реальности, где во сне Душа переваривает полученную Телом информацию за последнее время.

Думаю, подобные сны отражения, самые обычные наши сны. В них Душа перекодирует наши накопленные проблемы, страхи, переживания, в образы, привычные для астрального мира. Такие перевоплощения могут быть забавными, необычными, пугающими, изматывающими. Аналогии с реальностью в таких снах обычно отражают суть беспокоящего явления или события, и не имеют конкретики.

Но вспоминается еще один забавный случай со сновидениями. Ловил я во сне рыбу, на своем любимом Водохранилище. Чувствую, что-то не так… может я во сне? Не помню зачем, но погреб я к берегу, и нашел там старый затапливаемый пень, в середине трухлявый, с дыркой. Засунул в эту дырку кирпич, обмотанный проволокой – якорь для донки. Вечером пригодится! Вспомнил я это сновидение месяц спустя когда, в реале, подплыл к похожему берегу, чтобы перекусить бутербродами на твердой земле. Привязал лодку к пню, а там кирпич, обмотанный проволокой! Вначале смотрю на него, как ошпаренный, потом медленно в памяти сон восстанавливается. А к этому берегу я причаливал в первый раз… в реальности то… впервые…

К чему бы это? И нужно ли пытаться это как-то растолковать? С одной стороны, попытки использовать сны, как и телепатию (и многое другое), в качестве инструмента для прямых контактов с астральным миром противоречат Правилам нашей Игры-жизни. С другой стороны, мистические явления, словно миражи в пустыни демонстрируют нам наживку-завлекалочку, которую нам никогда не ухватить. Но игровой азарт подобное необъяснимое подогревает в нас ощутимо!

Мы ищем во снах чудесные совпадения с реальностью, и они случаются. Правда, редко. Мы ищем в них знамения будущего, и такое тоже выпадает среди прочих раскладов. Сны отчетливо, словно яркая радуга являют для нас другой мир. Мы можем искать причины возникновения этого явления, систематизировать сведения о нем, но рукой пощупать эту радугу мы никогда не сможем.

По-моему, со сновидениями, как и со сном – все тоже очень просто. К ним нужно относиться как к воздуху, которым мы дышим – не заморачиваясь. Если мы начнем анализировать этот воздух, значит он загрязнен и становится для нас опасным. Не слишком обнадеживающий симптом. Со снами главное не перемудрить.